Николай Троицкий (nicolaitroitsky) wrote,
Николай Троицкий
nicolaitroitsky

Category:

Моё завещание. Политический балаган. Глава 1. Шахрай

Предыдущая глава

Одна из моих многочисленных заметок, посвященных Шахраю.

Начинаю новый раздел, который называется "Политический балаган". Еще эту часть мемуаров можно было бы назвать условно и в шутку "Встречи с интересными людьми". Не все люди тут в позитивном смысле "интересны", но все они участвовали в российской большой, средней и малой политике, а я по работе своей вынужден был с ними общаться, соприкасаться и за ними следить.
О Собчаке я уже рассказывал. Теперь последуют иные персонажи, для кого-то, возможно, неприятные. Но политический обозреватель и аналитик не может себе позволять брезгливость, других политиков у России для нас нет.

Этих там всяких там Шахраев там

Первым пойдет Сергей Михайлович Шахрай.
В подзаголовок я вынес цитату из председателя Верховного Совета РСФСР/РФ Руслана Хасбулатова, у которого Шахрай немало кровушки попил, впрочем, взаимно. Правда, очные дуэли-пикировки Шахрай обычно проигрывал. Руслан Имранович оказывался остроумнее и тоньше. Это - мои впечатления той поры, когда я был парламентским корреспондентом в Белом доме, то есть с 1990 по 1993 год.

У Сергея Шахрая я ни разу не брал официальное интервью. Наши отношения складывались по-другому. Так получилось, что с 1992 по 1995 год я был главным "шахраеведом" во всей политической прессе. Только политических портретов этого деятеля написал не менее четырех, в разное время и для самых разных изданий. Плюс - не менее полутора десятков заметок про различные аспекты его деятельности.
Не специально, не по заказу (никогда так не работал), просто так получилось. Хотя сабж меня, в основном, раздражал, не спорю. Но личные эмоции были все-таки делом второстепенным.

Ныне глубоко и прочно забытый, Шахрай в то время был очень заметной и важной фигурой. Сперва, до кремлевского путча 1993 года - "юридический главнокомандующий", главный советник Ельцина по самому актуальному тогда вопросу: как побороть Верховный Совет. Мастер трактовок любых законов и Конституции вплоть до ее насильственной отмены, то есть до тех пор, пока Ельцин пытался действовать "юридическим" путем.
Трактовал Шахрай, понятное дело, вкривь и вкось, по принципу "закон что дышло", но было так: "что сказал Шахрай - то и есть закон". Это я, извините уж, цитирую одну из самых главных своих статей об этом персонаже. В журнале "Огонек". Но об этом чуть позже.

После путча 1993 года возник Шахрай-"наркомнац". На этом поприще лавров он не стяжал, слишком много на себя хотел взять, проиграл аппаратную борьбу по всем статьям и был выдавлен из власти.
Самое время сказать "и не жалко". Но ему на смену пришли такие серые персонажи, что Шахрай нынче кажется титаном, Рузвельтом и Джефферсоном-Мэдисоном в одном флаконе.

"За что вы меня так не любите?"

Шахрай очень пристально следил за всем, что о нем пишут. А так как я не только о нем писал, но и регулярно задавал ему вредные вопросы на пресс-конференциях, он меня запомнил крепко.
И вот, осенью 1993 года, уже после путча, серия моих публикаций на одну тему дала неожиданный эффект: вице-премьер Шахрай не выдержал и пригласил меня к себе на рандеву. В кабинет на Старую площадь.
Большой такой кабинет, из старых цековских. В этом комплексе я потом еще бывал в гостях у старого приятеля Сережи Носовца (ныне покойного, Царствие ему Небесное, о нем отдельно напишу), но кабинет Шахрая представлял собой нечто особенное.
То был один из случаев, когда я почувствовал, почти осязаемо, "субстанцию власти", понял, как у постоянных обитателей таких кабинетов может начать кружиться голова и съезжать набекрень мозги. Эти веяния как бы разлиты, растворены в воздухе "коридоров власти" и нормальным людям лучше туда надолго не попадать. Опасно для психики.

Очень странная вышла наша встреча с Шахраем. Мы пили чай или кофе, точно не помню. Высокопоставленный государственный деятель держал в руках ксерокопию статьи в журнале "Огонек" с многочисленными собственноручными пометками и спрашивал скромного журналиста: "Почему вы так написали?" А я всякий раз отвечал: "Это мое мнение, Сергей Михайлович. Если вас оно не устраивает, имеете право возразить по существу, но искажения фактов тут никакого нет".
Он вздыхал и признавал, что факты не искажены, однако вот интерпретация... На что получал напоминания о свободе слова. Я всё ждал, что государственный человек спросит прямо: "За что вы меня так не любите?" Именно это сквозило во всех его вопросах, вздохах и полунамеках. А мне и ответить было бы нечего! Так как был я к нему совершенно равнодушен.

Позднее я понял, что больше всего Шахрая волновали не сами по себе мои статьи, а другой вопрос: не используют ли меня, как некое орудие, его враги-недоброжелатели? Таковых у него было немало в кремлевских коридорах, и они его в конце концов сожрали. Но я тут был абсолютно ни при чем.
Это вообще даже смешно! Стоило мне написать большую статью в жанре портрета о каком-нибудь политике, как его челядь и приспешники принимались выяснять: "кто заказал"? Но мне в те годы никто ничего не заказывал, кроме редакторов отдела, а иногда главных редакторов.
Ну а с Шахраем просто так вышло, что раз я начал вести его тему, то вполне естественно мне было ее продолжать.

Инсайды и холуи

Но вернемся на Старую площадь.
Попикировались мы с Сергеем Михайловичем эдак с часок, и я, раз уж попал в высокий кабинет, перешел к деликатному выведыванию всяких инсайдов: "Вы такой осведомленный человек, так не поясните ли мне?.." Ему это очень понравилось, и он начал что-то пояснять. В те далекие дни это было актуально и интересно, но сейчас все эти пояснения уже устарели и никому не нужны, профессия наша эфемерна, газеты живут одной-двумя неделями, а то и днями, и многие его пояснения я опубликовал, не называя его фамилии, как условились. Off the record.

Я договорился с Шахраем о большом интервью, и мы расстались, вроде бы, удовлетворенные друг другом. То есть, я не знаю, был ли удовлетворен вице-премьер, а у меня образовался богатый фактический инсайдерский материал для разных заметок на политические темы.
А интервью не случилось по очень простой причине. Шахраевские холуи - убей бог, не помню их фамилий - пригласили меня на учредительный съезд Партии российского единства и согласия (ПРЕС), которую соорудил мой герой (потом эта диванная партия всосалась в Единую Россию), но им очень не понравился мой репортаж с того съезда.
Могу их понять. Вместо того, чтобы излагать программу, пересказывать унылые выступления членов по бумажке и писать прочую ерунду, я рассказал об антураже и разных любопытных деталях - типа стоимости номеров в отеле, где жили делегаты, и аренды автобусов Мерседес, на которых партийцев возили в Великий Новгород, где проходил съезд.
И ведь я еще - из врожденной деликатности - ни слова не написал о том, как на обратном пути в Москву партийцы перепились, особенно отличился Александр Котенков (sapienti sat), был такой деятель, экс-депутат, представитель президента в Госдуме, который в нетрезвом кураже творил нечто ни с чем не сообразное.

Однако потом, до тех пор, пока Шахрай оставался в правительстве, меня не раз приглашали на всякие интимные "закрытые" встречи с ним.
Не знаю, как сейчас, но в те "демократические" времена получалось так: чем больше журналист пишет всяких пакостей о каком-либо политике, тем больший интерес этот политик испытывает к данному журналисту. Впрочем, для этого требуется одно условие - чтобы у политика имелось хотя бы несколько извилин, а журналист не врал, не искажал факты и ограничивался интерпретацией.
Только кажется мне, что то золотое время прошло безвозвратно

Еще пара ракурсов моей большой заметки про Шахрая. В журнале "Столица", который тогда редактировал Мальгин. В свое время, когда он еще был нормальным, он был неплохим главным редактором и постоянно публиковал мои опусы на политические темы, не меняя в них ни одной буквы




Сергей Шахрай. Историко-политический портрет

Необязательные мемуары
Tags: история, политический балаган
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment