Николай Троицкий (nicolaitroitsky) wrote,
Николай Троицкий
nicolaitroitsky

Categories:

И снова дневник. 1983 год. Глава 17. Как надо глядеть в Наполеоны

Шестнадцатая глава

Сцены из спектакля

Интересная постановка Анатолия Эфроса. Разобрал я ее подробно.
И это, конечно, не рецензия, а попытка описания спектакля для последующей возможной реконструкции. Есть военные реконструкторы, которые восстанавливают сражения минувших дней. Так от чего бы не быть реконструкторам театральным?
Краткие пояснения даю курсивом. И для удобства решил снабдить свои старые записи заголовками и подзаголовками.


11 июня 1983 года

О власти, разъедающей личность

"Наполеон первый" Ф. Брукнера на Малой Бронной - много неожиданностей. Эфрос и такая пьеса, вроде не характерна для него, он больше по классике, но это тоже вроде классики. Ульянов - Наполеон, но это не так странно, как кажется.
Спектакль о величии и падении великого человека, никаких аллюзий, актуализации, Эфрос всё это презирает. Не о власти, перерождающей и разъедающей личность, хотя и эта тема присутствует, но как подголосок, подчиненное, второстепенное.
Есть смысл разобрать спектакль по сценам-эпизодам, их 6, они расчленяют действие, имеют собственную внутреннюю композицию - завязку, кульминацию, развязку - и составляют общее целое. По ним легко рассмотреть развитие, движение, эволюцию характеров.

Два центральных персонажа - само собой Наполеон и его первая жена Жозефина, которую О. Яковлева (любимая эфросовская актриса, без коей он спектаклей почти не ставит) делает второй, не менее важной героиней.

Утонченность и вульгарность

Первая сцена - увертюра. Наполеон и Жозефина, он сообщает ей, что они должны развестись. Он тверд, порой излишне жесток, но чувствуется, что он себя хорошо убедил, но сердцем не верит своим словам. Потому старается быть жестче и суровее, чем надо.
Ему надо жениться на австрийской принцессе в интересах империи. Наполеон - уже император, 1809 год, но Ульянов вовсю дает понять его простое происхождение, плебейскую манеру.
Он груб, резок и не стесняется, может ногой загородить дверь Жозефине, не сдерживается в выражениях. Но Жозефина сама из низов, и дает отпор, они подходящая пара.
Обычно утонченная Яковлева хорошо запрятала свою утонченность внутрь и добилась вульгарности, несдержанности манер, придающих ей очарование. При желании она может быть величественной гранд-дамой, но этому она выучилась, пока была королевой и императрицей. Наедине с Наполеоном она остается собой, но эта спрятанная утонченность превратилась в тонкость чувств, не зависящих от происхождения, ибо главное ее чувство - любовь к Наполеону, любовь деятельная и истинная, ради которой она может согласиться и на развод, понимая - единственная из всех - высокие цели "маленького" (так она его называет).

Но в первой сцене верховодит Наполеон, он твердо себя настроил, и хоть ему нелегко, он тоже по-настоящему любит Жозефину, но ради своих целей, ради еще большей власти он готов сделать всё.
Кульминация сцены - скандал, ссора, где супруги упрекают друг друга в изменах, а их было много с обеих сторон, Жозефина еще обвиняет Наполеона в неспособности иметь детей (ему крайне нужен наследник империи). Но потом атмосфера разряжена, финал сцены частично умиротворяющий. Но Жозефина уходит с твердым намерением совершить всё, что нужно Бонапарту, и с любовью к нему, а он в мучениях и сомнениях.

Парадокс о Талейране

Следующая сцена - государственный совет. Бенефис Наполеона, почти его монолог, бурный, могучий темперамент Ульянова дает себя знать, он кричит, визжит, изрыгает оскорбления, вполне справедливые, карабкается по трехэтажному сооружению, представляющему непонятно что, но грозно бесформенному, испещренному именем Наполеона и его символом - N в кружочке.
Ульянов делает черт знает что, но оправдывает это, его речь, хоть и на высоких тонах, убедительна и верна. Да и всё это соответствует историческим данным о Бонапарте, который был даже эпилептиком. Контрастно ему звучит спокойный голос Талейрана в тонком исполнении Г. Короткова (отличного актера открыл Эфрос).

И вот что странно. Это по пьесе изменник Талейран получается неким радетелем за Францию, ратует за мир, а Наполеон, как тупой солдафон, мечтает лишь о войне. Тут, это по спектаклю, нужно было четче расставит акценты, показать, что Наполеон - не проповедник военного психоза, а человек с далеко идущими, великими целями, мечтающий перевернуть Европу, а то и весь мир, а Талейран при всем его уме не заботится о Франции, а думает только о себе, и никаких иных целей у него нет.
Ульянов доказал и убедил в истинном величии Наполеона, а Коротков был все же одномерен и второго плана, коварства, себялюбия, не раскрыл. Это додумываешь, сообразуясь с историческими фактами. Возможно, однако, что и Брукнер не так хорошо выписал образ Талейрана.

Третья сцена - Жозефина и любовница Бонапарта Мария Валевска в слабом, бесцветном исполнении очаровательной О. Сириной, которая при всей своей чудесной, прелестной свежей внешности не достигает особых высот актерского искусства. Эту сцену ведет О. Яковлева, она делает попытку не допустить развода с Наполеоном, но терпит крах, Валевска не соглашается выдать своего ребенка за ребенка Жозефины.
Здесь раскрывается истинная сила характера Жозефины, глубина ее чувства, не чуждая, однако, ревности к Марии-Луизе, австриячке, но не мелкой ревности, а ощущения будущего падения Наполеона.

Развод по-наполеоновски

Дальше - развод, самая тяжелая, мучительная сцена. Наполеон не выдерживает, срывается, даже плачет, это минута его слабости, он хочет вернуть невозвратимое, ужасных страданий стоит ему этот развод, он начинает ощущать крушение, обреченность (хотя до них еще далеко, но теперь они неизбежны, мы-то это знаем), но он истинно велик и хочет обмануть судьбу, идти до конца - как кричит этот коренастый мужчина, истошно вопит и преодолевает себя.
Жозефине тоже не так легко дается развод, она не в силах прочесть текст, но всё же справляется даже лучше Бонапарта.
С этой минуты мы видим уже не моменты слабости сильной личности, а сила пробивается сквозь слабость, хотя Наполеон не хочет верить предчувствиям. Но страстная попытка, уже разведясь, удержать Жозефину, руками хотя бы, выдает то, что скрывает Наполеон даже от себя.

Кульминация слабости

Сцена с Марией-Луизой - кульминация слабости, от увлечения этой легковесной пустышкой, любящей лишь танцевать. Попытки Наполеона танцевать, нелепость почти драматическая - Геракл в юбке. Но с диким трудом Наполеон стряхивает с себя увлечение Луизой (ее очень тупо и грубо играет А. Каменкова, обычно куда более тонкая) и устремляется в Россию, несмотря на недвусмысленные предостережения дальновидного Талейрана. Наполеон не хуже него всё понимает, но, оторвавшись от национально-патриотических чувств, могу сказать, что он здесь велик.

И финал. 1814 год, отречение. Страшные потрясения, наносимые недавно повелителю мира - требование отречения, измена генералов, бегство Марии-Луизы, всё на наших глазах.
Наполеон не сверхчеловек, он чувствует боль, слабеет, сгибается, глаза его ищут опору, и он призывает Жозефину, которая одна его поддерживает в эту трудную, гибельную минуту. Да еще маршал Бертье, старый вояка, прямолинейный и искренне любящий Наполеона, его просто и без дураков играет И. Кастрель.
Он выпаливает в лицо Бонапарту все страшные новости. Наполеон вынужден диктовать отречение, и как когда-то он помогал Жозефине при разводе, поддерживая ее, теперь она придает хоть какие-то силы проигравшему всё великому человеку. И снова они остаются одни, поникший Наполеон спрашивает: Что остается от такой жизни? Жозефина: Такая жизнь!

Актер высокого полёта

Ульянов превосходен и в моменты слабости, растерянности, и в кульминационные, звездные минуты великого императора. Он играет человека сильного, волевого, способного на самый жестокий поступок, жаждущего власти и умеющего ею распоряжаться. У него тяжелый характер, он избалован победами, умеет изобразить манию величия, здесь Ульянов скульптурен и могуч, и знает цену своим успехам - поймать нужный момент.
Он властолюбив, но это не Калигула, не безумный деспот. Это человек, верящий в то, что его цель - великий мир, Соединенные Штаты Европы. Это личность высокого полета, а не мелкий диктатор, и здесь действует ульяновский гражданский темперамент, его незаурядная личность, присутствующая во всех ролях (иногда со знаком минус - Ричард III).

Наполеон Ульянова любит женщин, но его единственная настоящая любовь - Жозефина. Он, наконец, одинок. Его или боятся, или ненавидят, или поклоняются ему как идолу, но его любит тоже лишь одна Жозефина, которая пожертвовала всем.
Вот об этом, о великом и сложном человеке и его единственной любви, этот спектакль.
Режиссура мастита и целостна, и, может быть, впервые Ульянов оказался в хорошей театральной атмосфере, с хорошими партнерами, в твердых режиссерских руках.
Он не изменил своей манере нисколько, но завихрения могучих чувств, порой чересчур заносившие его в Ричарде, да и в Разине, подчинены твердому рисунку красиво и оптимально выстроенных эфросовских мизансцен.
Но режиссерский каркас не торчит, не режет глаз, Ульянов и Яковлева умеют его спрятать, а остальные могут быть слабее актерски, но их функциональность безусловна и не требует иных объяснений.

Без обретения новых форм

А вот декорацию я не понял. Сооружение как будто создано для Ульянова, он карабкается, лазает по нему, как в "Ричарде". Но что оно обозначает, неясно. Есть намек на театральный помост, на форум, на трибуну, но чего-то не хватает и что-то Д. Крымов недообозначил.

В целом, это постановка на актера, ценная зрелой и серьезной разработкой фигуры Наполеона (пьеса Ф. Брукнера - вероятно, лучшее в драматургической форме о Наполеоне). Но это частная удача актера и режиссера, без обретения новых форм и параметров, и не событие в театральной жизни. Хотя для Ульянова это событие первостепенной важности.

P.S. Все-таки я упустил важный нюанс в трактовке образа Наполеона Ульяновым: он очень человечен, естествен и, чтобы подчеркнуть это, он наделен чертами наивности, детской непосредственности, в криках, ругательствах, слезах (это редко). Но так определено Брукнером, там даже есть об этом текст. Но этот, казалось бы, неожиданный оттенок дает эффект сочувствия и понимания трудной и мятущейся души Бонапарта.

12 июня

По законам живой театральности

И еще приходится уточнять нюансы восприятия спектакля. Истинный драматизм, нерв, динамика роли основываются на сопряжении, на перекрестке, с одной стороны, чистой, человечной, даже детски непосредственной души, сущности, наедине с Жозефиной и с самим собой, с другой стороны, Наполеона публичного, его поз, величественных жестов, громогласных ораторских заявлений.
И согласно законам живой театральности, в спектакле существует помимо диалектики силы и слабости Наполеона, другая двойственность, многогранность: то в личных дуэтах с Жозефиной вдруг встает в позу оратора и едко высмеивается ею, и вправду смешон; то в официальные моменты ведет себя "по-детски", непосредственно, не считаясь с условностями.
На этом контрасте держится и финал: сначала чеканный профиль и поступь гвардии, идущей на смерть, потом тупое отчаяние проигравшего всё человека.



Мои дневники
Tags: театр
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments