Николай Троицкий (nicolaitroitsky) wrote,
Николай Троицкий
nicolaitroitsky

Пост сквозь годы. На сцену выходит лорд Байрон

Предыдущий пост сквозь годы и не нашел роликов, на которых читали бы все стихотворения на языке оригинала. Но без этого можно иногда обойтись.
Итак, вот - Великая Поэзия

Пятиминутка поэзии. Прощай, и если навсегда, то навсегда прощай

29 октября 2011 года

Fare thee well! and if for ever,
Still for ever, fare thee well
Джордж Гордон Байрон. Поэт гениальный, но, скажем так, сложная личность. Вот и с этим стихотворением (у нас знают две его первые строчки, так как их избрал эпиграфом к одной из глав "Онегина" А.С. Пушкин) все очень непросто. Оно посвящено единственной жене Байрона Аннабелле Милбэнк, с которой он прожил год и развелся. В результате того брака на свет появилась дочь, которую отец так никогда и не увидел, но отношения между супругами были, мягко говоря, не слишком гармоничными. Байрон и семейная жизнь плохо сочетались между собой, притом что женщин он очень любил.
Скорее всего, нет оснований предполагать, что Байрон страстно любил свою жену. Их развод сопровождался скандалом, после которого поэту пришлось навсегда покинуть родину, но он был отнюдь не безгрешен, и во многом его поведение явилось причиной скандала.
Впрочем, пересказывать все сплетни, в том числе весьма грязные, о личной жизни лорда Байрона я не буду. Кому интересно, сами найдут, в рунете они обильно представлены.
Важнее другое: стихотворение исполнено такой скорби, грусти, боли, сожаления, что совершенно неважно, что на самом деле было между поэтом и Аннабеллой, которой он посвятил эти строки. Поэзия не обязательно отображает реальность в буквальных подробностях и живет своей отдельной жизнью.

Послушать стихотворение просто так не получится. Я нашел только вот такое исполнение, весьма своеобразное, под гитару


Для экономии места я опущу длинный эпиграф из поэмы Колриджа "Кристабел"
Здесь можете прочитать и его

Fare thee well! and if for ever,
Still for ever, fare thee well:
Even though unforgiving, never
'Gainst thee shall my heart rebel.

Would that breast were bared before thee
Where thy head so oft hath lain,
While that placid sleep came o'er thee
Which thou ne'er canst know again:

Would that breast, by thee glanced over,
Every inmost thought could show!
Then thou wouldst at last discover
'Twas not well to spurn it so.

Though the world for this commend thee -
Though it smile upon the blow,
Even its praise must offend thee,
Founded on another's woe:

Though my many faults defaced me,
Could no other arm be found,
Than the one which once embraced me,
To inflict a cureless wound?

Yet, oh yet, thyself deceive not;
Love may sink by slow decay,
But by sudden wrench, believe not
Hearts can thus be torn away:

Still thine own its life retaineth,
Still must mine, though bleeding, beat;
And the undying thought which paineth
Is - that we no more may meet.

These are words of deeper sorrow
Than the wail above the dead;
Both shall live, but every morrow
Wake us from a widowed bed.

And when thou wouldst solace gather,
When our child's first accents flow,
Wilt thou teach her to say "Father!"
Though his care she must forego?

When her little hands shall press thee,
When her lip to thine is pressed,
Think of him whose prayer shall bless thee,
Think of him thy love had blessed!

Should her lineaments resemble
Those thou never more may'st see,
Then thy heart will softly tremble
With a pulse yet true to me.

All my faults perchance thou knowest,
All my madness none can know;
All my hopes, where'er thou goest,
Wither, yet with thee they go.

Every feeling hath been shaken;
Pride, which not a world could bow,
Bows to thee - by thee forsaken,
Even my soul forsakes me now:

But 'tis done - all words are idle -
Words from me are vainer still;
But the thoughts we cannot bridle
Force their way without the will.

Fare thee well! thus disunited,
Torn from every nearer tie.
Seared in heart, and lone, and blighted,
More than this I scarce can die.

А вот русского перевода я в сети не нашел. Уж извините! Несколько переводов, в принципе, имеются, лучший - у Ивана Козлова, современника Пушкина, но и он оставляет желать лучшего. Он включен в четырехтомник Байрона, выпущенный изд-воv "Правда", собственноручно перепечатать его у меня терпения не хватит, уж простите

Пятиминутка поэзии. Стансы к Огасте

30 октября 2011 года

Джордж Гордон Байрон. Продолжим знакомство с его стихами.
Stanzas to Augusta, у нас обычно пишут "Стансы к Августе" - так называются два стихотворения Байрона, оба 1816 года. Я больше люблю первое, начинающееся со строк When all around grew drear and dark.
Огаста - это Огаста Мэри Байрон, в супружестве Огаста Ли, сводная сестра поэта, можете о ней почитать по-английски. Ей посвящены многие стихи Байрона. Брат и сестра, пусть и сводные, любили друг друга, и есть основания полагать, что не платонически. И хватит об этом. Великие, гениальные люди бывают грешны, да не нам их судить, разве только святым праведникам, остальным лучше помалкивать.
Эта грешная любовь породила прекрасные образцы трагической лирика, полной искренней боли и исполненных чистейшего "байронизма":
Yet I blame not the World, nor despise it,
Nor the war of the many with one;
Байрон имел право так выразиться. Да и за свои грехи он расплатился сполна...

Чтобы послушать, я нашел только второе стихотворение
Кристин Хьюз

Фрагмент


Первое

When all around grew drear and dark,
And reason half withheld her ray -
And hope but shed a dying spark
Which more misled my lonely way;

In that deep midnight of the mind,
And that internal strife of heart,
When dreading to be deemed too kind,
The weak despair - the cold depart;

When fortune changed - and love fled far,
And hatred's shafts flew thick and fast,
Thou wert the solitary star
Which rose, and set not to the last.

Oh, blest be thine unbroken light!
That watched me as a seraph's eye,
And stood between me and the night,
For ever shining sweetly nigh.

And when the cloud upon us came,
Which strove to blacken o'er thy ray -
Then purer spread its gentle flame,
And dashed the darkness all away.

Still may thy spirit dwell on mine,
And teach it what to brave or brook -
There's more in one soft word of thine
Than in the world's defied rebuke.

Thou stood'st as stands a lovely tree
That, still unbroke though gently bent,
Still waves with fond fidelity
Its boughs above a monument.

The winds might rend, the skies might pour,
But there thou wert - and still wouldst be
Devoted in the stormiest hour
To shed thy weeping leaves o'er me.

But thou and thine shall know no blight,
Whatever fate on me may fall;
For heaven in sunshine will requite
The kind - and thee the most of all.

Then let the ties of baffled love
Be broken - thine will never break;
Thy heart can feel - but will not move;
Thy soul, though soft, will never shake.

And these, when all was lost beside,
Were found, and still are fixed in thee;-
And bearing still a breast so tried,
Earth is no desert - e'en to me.

Второе

Though the day of my Destiny's over,
And the star of my Fate hath declined,
Thy soft heart refused to discover
The faults which so many could find;

Though thy Soul with my grief was acquainted,
It shrunk not to share it with me,
And the Love which my Spirit hath painted
It never hath found but in Thee.

Then when Nature around me is smiling,
The last smile which answers to mine,
I do not believe it beguiling,
Because it reminds me of thine;

And when winds are at war with the ocean,
As the breasts I believed in with me,
If their billows excite an emotion,
It is that they bear me from Thee.

Though the rock of my last hope is shivered,
And its fragments are sunk in the wave,
Though I feel that my soul is delivered
To Pain --- it shall not be its slave,

There is many a pang to pursue me;
They may crush, but they shall not contemn ---
They may torture, but shall not subdue me ---
'Tis of Thee that I think --- not of them.

Though human, thou didst not deceive me,
Though woman, thou didst not forsake,
Thou loved, thou forborest to grieve me,
Though slandered, thou never couldst shake, ---

Though trusted, thou didst not disclaim me,
Though parted, it was not to fly,
Though watchful, 'twas not to defame me,
Nor, mute, that the world might belie.

Yet I blame not the World, nor despise it,
Nor the war of the many with one;
If my Soul was not fitted to prize it,
'Twas folly not sooner to shun:

And if dearly that error hath cost me,
And more than I once could foresee,
I have found that, whatever it lost me,
It could not deprive me of Thee.

From the wreck of the past, which hath perished,
That much I at least may recall,
It hath taught me that what I most cherished
Deserved to be dearest of all:

In the Desert a fountain is springing,
In the wide waste thee still is a tree,
And a bird in the solitude singing,
Which speaks to my spirit of Thee

Вот еще Послание к Огасте, для экономии места даю только ссылку

Стансы к Огасте-1. Перевод А. Плещеева
Послание к Огасте. Перевод Б. Лейтина
Разные стихи Байрона в русских переводах

Все пятиминутки поэзии
Tags: гениальное, литературное
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments