Николай Троицкий (nicolaitroitsky) wrote,
Николай Троицкий
nicolaitroitsky

Category:

Пост сквозь годы. Про умные и прочие книги

Предыдущий пост сквозь годы
Это мало кому интересно, а многим блоГГерам еще и непонятно.
Ну так не читайте. А я для себя, на всякий случай сохраню эти "ума холодные наблюдения". "Сердца горестных замет" тут вроде бы нет.
Зато есть "образец некролога, который полностью отвечает моим принципам: оскорблять покойника не надо, но и врать нельзя".
А та книга Стендаля сильно разочаровала, до сих пор помню.
Итак

О блоГГерах и ЖЖ-хомячках

22 августа 2011 года

Только они тут названы "публикой". Однако портрет их - очень точный. Вот, пускай полюбуются на себя:
Публика - вот самое подлое, трусливое, жалкое, эгоистическое, злобное, завистливое, неблагодарное животное на свете. Нет трусливей ее, потому что она боится самой себя. Несмотря на свои колоссальные размеры, она страшится любого сопротивления и дрожит, как желатин, при малейшем прикосновении. Она пугается собственной тени и вскидывается при одном упоминании собственного имени.

У нее львиная пасть, заячье сердце, настороженные уши и бессонные глаза. Она прислушивается к собственным страхам. Она до того трепещет перед собственным мнением, что вообще ни к какому не приходит и хватается за первые попавшиеся праздные слухи из опасения запоздать со своей оценкой - и повторяет эти слухи на все лады, пока не глохнет от звуков собственного голоса.

Мысль о том, что подумает публика, начисто лишает публику умения думать и парализует частное суждение. В результате уши публики оказываются во власти первого попавшегося наглого претендента, которому заблагорассудится набить их громогласными утверждениями, лживыми домыслами или тайным нашептыванием.
Что сказано одним, слышат все; одно предположение, будто весь мир знает это, заставляет весь мир в это верить, и гулкое повторение смутных слухов заглушает тихий, спокойный голос разума
.

Это написал английский писатель и публицист Уильям Хэзлитт в книге "Застольные беседы", вышедшей еще в 1821 году.
Недавно ее впервые перевели на русский язык и издали в серии Литпамятников. Пир интеллекта, роскошное чтение, великолепный перевод - я не думал, что сегодня еще так умеют, но, наверное, перевод был сделан в прежние, советские годы, когда еще требовалось качество, а опубликовали только сейчас.
Это одна из книг, которые я нынче читаю. Но она очень толстая и увесистая, поэтому в дороге я читаю другую, не менее интересную, о которой расскажу как-нибудь потом

Смерть отменяет все, кроме правды

25 сентября 2011 года

Уильям Хэззлитт. Застольные беседы
Не успели мы дописать эти строки, как услышали весть о кончине лорда Байрона и немедленно оборвали нить несколько раздраженной обвинительной речи, которая была предназначена привлечь его внимание, но не оскорбить память.
Кабы мы знали, что пишем эпитафию, нами двигали бы иные чувства. Однако, раз уж так получилось, мне кажется, что будет лучше (и более в его духе) оставить все как есть, чем пытаться растопить свинцовые стрелы в "чувствительные слезы" или перелить их в скучную похвалу либо в показную откровенность.
При жизни поэта мы не молчали и высказывали одобрение и порицание, как считали нужным, а он не гнушался принимать их; мы не можем теперь превратиться в подручных похоронных дел мастера и прикрепить блестящую табличку на его гроб или присоединиться к шествию многочисленных плакальщиков.

Смерть отменяет все, кроме правды, и лишает человека всего, кроме таланта и добродетели. Это словно природная разновидность канонизации. Самых низких из нас смерть превращает в святых; она утверждает бессмертие поэта и возносит его до небес. Смерть - великий оценщик подлинности таланта.
При одном ее прикосновении драгоценный металл очищается от шлака: частицы раздражения, грубости, эгоизма отстают и падают на землю, а более тонкие, воздушные взлетают на крыльях духа, дабы охранять память о только что ушедших и защищать их прах от оскорбления. Мы предаем забвению черты менее достойные и лелеем благородные и неувядаемые с удвоенной гордостью и любовью.

Ничто не говорит с такой силой об истинном превосходстве гения, чем общественное равнодушие и праздные споры, где захоронить лорда Байрона - в Вестминстерском аббатстве или в семейном склепе. Королю положена коронация, вельможе - похоронная процессия. Человек - ничто без пышного зрелища, но поэт погребен в душе человеческой, в которой рассыпает семена бесконечной мысли, а памятником ему служат созданные им творения.


Понятно, что это экстракт из статьи о Байроне, которая писалась Хэззлиттом, пока тот был жив, но перед самой публикацией пришла весть о смерти поэта.
Дочитываю эту прекрасную книгу малоизвестного у нас английского критика и публициста начала XIX века в изумительных переводах, что по нашим временам великая редкость в издаваемых переводных книгах, хотя в серии "Литературные памятники" стараются оставаться на уровне.
Чего только нет в этих статьях... В том числе и образец некролога, который полностью отвечает моим принципам: оскорблять покойника не надо, но и врать нельзя.
Это мало кому интересно, сам не знаю, зачем я это написал, но пусть будет

Стендаль. Впечатления

2 сентября 2011 года

Я недавно написал: "в дороге я читаю другую (книгу), не менее интересную, о которой расскажу как-нибудь потом".

Вот и расскажу вкратце. Решил я зачем-то на старости лет прочитать Стендаля, "Рим, Неаполь и Флоренция"... Заполнил лакуну.
Не в восторге. Пустенькая книга. Конечно, любопытно почитать впечатления о городах, которые я хорошо знаю, незаурядного и литературно одаренного путешественника, пусть и посетившего их почти 200 лет назад. Название, кстати, неточное, о Риме сказано совсем мало, да и о Флоренции, зато Милану и Болонье, не указанным в заголовке, посвящена половина опуса.
Первая половина, которая и читается лучше, и во всех отношениях более интересная, а затем всё скучнее и скучнее, всё менее и менее содержательно.

Стендаль, хоть и любил Италию больше своей страны, оставался типичным французом. Что и...
И все-таки было полезно
Tags: чтение-1
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments