Николай Троицкий (nicolaitroitsky) wrote,
Николай Троицкий
nicolaitroitsky

Category:

Пост сквозь годы. Китайская правозащитная сюита

Предыдущий пост сквозь годы
Забавная и занятная история вышла у меня осенью 2010 года, в октябре, когда вручается так называемая Нобелевская премия мира. Как политический обозреватель РИА Новости, я не мог не написать про данное событие - и написал.
Но никак не думал, что моя скромная заметка будет иметь такие последствия: прославился на весь Китай, если верить Алексею Ефимову, корреспонденту РИА Новости в Пекине, под именем Нигула Тэлоицицзи.
Давал интервью китайскому телевидению. Был приглашен... Однако на приглашении всё и кончилось.
Впрочем, по порядку

Про Нобелевскую премию мира написал

8 октября 2010 года

Вполне возможно, что этот китайский диссидент - достойный человек. Но шаг этот - чисто политический. Как, впрочем, и всегда. Нобевская премия давно уже стала заложницей и наложницей политики

Нобелевка как орудие в борьбе за мир

Нобелевская неделя 2010 года и ближайшие к ней дни совпали с двумя памятными датами. 9 октября исполняется 35 лет со дня присуждения Нобелевской премии мира академику Андрею Сахарову, а 15 октября – 20 лет со дня присуждения той же премии первому и последнему президенту СССР Михаилу Горбачеву.
И вот в текущем году признания снова – как Сахаров - удостоился диссидент, на сей раз китайский – Лю Сяобо. Получить награду ему будет затруднительно: он только начал отбывать 11-летний тюремный срок за «попытку свержения государственного строя». Можно сказать, что история повторяется. Когда-то у Сахарова тоже не было физической возможности приехать в Осло за премией.

Так Норвежский нобелевский комитет сначала за 15 лет прошел путь от награждения советского диссидента до вручения премии генсеку КПСС. А затем, покружив по странам и континентам, вернулся к поддержке «борцов за фундаментальные права человека» (это официальная формулировка причин последнего награждения) в странах – постоянных членах Совета Безопасности ООН, не обязательно и не всегда разделяющих именно западные понятия о демократии.
Этот кажущийся зигзаг на самом деле отражает следование твердой линии определенной условной «партии».

Судите сами. Переход от Сахарова к Горбачеву свидетельствовал не об изменении в мироощущении членов Норвежского нобелевского комитета, а о тектоническом сдвиге в международной политике.
Советский Союз из конкурента и противника в холодной «войне миров» превратился в конструктивного и уступчивого партнера Запада, мирно и безропотно отступившего из Восточной Европы. «Полководцем» и идеологом того отступления был как раз Горбачев. Как раз только-только пала Берлинская стена. Вот награда и нашла героя.
Казалось бы, причем тут пять мудрецов из Нобелевского комитета, сформированного норвежским парламентом – стортингом? По идее, они должны быть членами ареопага, отрешенного от мировой политической суеты и озабоченного только высшими нетленными ценностями. Как писал Альфред Нобель в своем завещании, премию мира следует вручать «тому, кто внесет весомый вклад в сплочение народов, уничтожение рабства, снижение численности существующих армий и содействие мирным договоренностям».

Но эти абстрактные категории не выдерживают столкновения с суровой реальностью. Нобелевская премия мира всегда была политизирована до крайности. Причем симпатии вершителей судеб премии, от которых зависит адрес ее вручения, принадлежат одному из акторов политического процесса последних десятилетий, координаты которого можно обозначить как США-НАТО-Западная Европа.
Для доказательств можно далеко не ходить. Достаточно взглянуть хотя бы на трех нобилиатов – предшественников Лю Сяобо. Кого же мы видим среди них?
Вот бывший вице-президент США Альберт Гор, награжденный «За изучение последствий глобальных климатических изменений, вызванных деятельностью человека, и выработке мер по их возможному предотвращению». Изучать климат – дело важное и полезное, но относится скорее к научной сфере, чем к борьбе за мир.
Что касается «мер по предотвращению», то после буйства исландского вулкана Эйяфьятлайокудль и российского безумного аномального лета-2010 стало ясно, что человек пока не заслуживает никаких премий за «покорение природы».

Вот Марти Ахтисаари, организатор жесткого урегулирования в бывшей Югославии по лекалам НАТО и Евросоюза, активный сторонник бомбардировок Сербии, один из «авторов» независимости Косово. Понятно, что этот фактор привел не столько к умиротворению, сколько к росту напряженности на Балканах – в пороховом погребе Европы.
И вот, наконец, прошлогодний лауреат – президент США Барак Обама. С этим награждением сложилась особенно пикантная коллизия, Дело в том, что завещание Нобеля было уже и до того многократно нарушено, как правило, по мелочам. Кроме того, можно было усомниться в истинности приверженности к миру многих нобилиатов – например, Генри Киссинджера и Ле Дык Тхо, Ясира Арафата и Ицхака Рабина и так далее, и тому подобное.
Однако в любом случае все они получали Нобелевскую премию мира за конкретные поступки, дела, свершения, связанные с миром - за уже подписанные мирные договоры или планы урегулирования конфликтов. Впоследствии эти договоры могут быть нарушены, а планы – не реализованы. Но перед награждением имеет место хоть какой-то зримый, внятный и реальный результат усилий политиков, свидетельство их стремления найти компромисс.

Президент Обама к моменту вручения премии не успел еще сделать ничего. Фактически он получил награду авансом, за благие намерения и предвыборные обещания.
Норвежский нобелевский комитет пошел на беспрецедентный шаг в сторону одной из мировых великих держав. Что породило разговоры о несамостоятельности этой организации и не просто о нарушении буквы, но о разрушении духа нобелевского завещания.

Присвоение премии мира 2010 года борцу с коммунистическим режимом КНР Лю Сяобо полностью вписывается в эту «евроатлантическую» стратегию. Примерно так же в разгар холодной войны Нобелевские комитеты периодически награждали самых бескомпромиссных и яростных противников советской власти. В 1970 году премию по литературе получил Александр Солженицын, формально за «следование традициям русской литературы», но эту формулировку невозможно было воспринимать без иронии. Затем, в 1975-м, последовало награждение академика Сахарова, о котором уже упоминалось выше. Это уже был откровенно политический шаг, без всяких экивоков.

Трудно сказать, означает ли вручение премии мира по солженицынско-сахаровскому принципу китайскому диссиденту начало холодной войны между Западом и КНР. Но нет никаких сомнений, что в Пекине это решение будет воспринято как недружественный и чисто политический жест. В результате, как любили шутить в былые годы, может начаться такая борьба за мир, что камня на камне не останется.

Оригинал

Китайское

18 октября 2010 года

После вот этой заметки меня вдруг почему-то страстно возлюбили китайцы и целую неделю добивались встречи и интервью. Мало того, эту статью перевели и опубликовали чуть ли не в Жэньминь Жибао или как ее там.
Видимо, китайцам показалось, что я разделяю их негативное отношение к их диссиденту. Хотя никаких оснований для этого я им не давал, про Лю Сяобо вообще написал вскользь, так как заметка посвящена вовсе не ему, а Нобелевской премии мира, насквозь политизированной, что было неизбежно и вполне естественно.

Тем более, уже позднее я делал для Эха политический портрет Лю Сяобо, и там высказал своё мнение и своё отношение к этой личности:
Вот текст.

Лю Сяобо - классический твердокаменный диссидент советского-восточноевропейского типа. Большая загадка, как этот чужеродный цветок вырос на каменистой китайской почве, где на протяжении тысячелетий не знали, не понимали и не искали свободы.
Уточню - свободы в западном политическом смысле: всеобщие, тайные, равные демократические выборы; многопартийная говорильня; беспощадная критика власти со стороны оппозиции, за которую не следует никаких наказаний, и полное торжество прав человека.
Лю Сяобо за всё это борется, и всегда готов пострадать за свои убеждения. Он трираза прошел через тюрьмы и лагеря, и сейчас снова находится за решеткой. Оттуда ему не помогла выйти даже Нобелевская премия мира. Кстати, миллиарду китайцев об этой премии даже не сообщили. На такую средневековую хитрость не решалась даже тоталитарная советская власть.
Лю Сяобо - человек смелый. Отважный до безрассудства. Когда начались волнения на площади Тяньаньмынь, он был в Америке. Мог спокойно выступать, обличать, проклинать кровавый режим издалека, в полной безопасности и даже в комфорте.
Но он примчался в родную страну и тоже вышел на площадь.
Может быть, он наивно поверил, что в Китае вот-вот случится демократическая революция.
Писатель и интеллектуал, Лю Сяобо показал, что он совсем не знает страны, где родился и прожил бОльшую часть жизни.
Диссидент в Китае - не просто инакомыслящий, а все равно что инопланетянин, иная, чуждая форма существования биологической материи. И экономического роста шаги саженьи ничуть не мешают железобетонному тоталитаризму, а местные жители ничего другого не знают и знать не хотят. Они даже за пределами родины не поддаются демократической заразе. У них тысячелетний иммунитет, который никакими хартиями и манифестами не разрушить.
Идеальный выход для Лю Сяобо, если его выдворят, как Солженицына. Пусть пишет за рубежом, как обустроить его Поднебесную, но больше не думает туда возвращаться

Там всё сказано. Однако китайцы об этом моем тексте, видимо, не знают.
Я, кстати, целую неделю отказывал им в интервью именно потому, что в травле диссидента участвовать не желаю, а если скажу то, что думаю, это у них никуда не пойдет.
Но черт с ними, они на редкость упорные, и я сдался. Во вторник таки дам интервью китайскому государственному телевидению. Буду отвечать на их вопросы так, как сочту нужным, пусть не надеются на снисхождение и выкручиваются, как хотят. Думаю, просто выкинут запись.

В принципе, это всё смешно. Тоже нашли специалиста по Китаю! Но как же они цепляются даже за видимость соломинки, соответствующей их идеологии. Мне это напоминает неуклюжую пародию на СССР, при всей их многотысячелетней истории и великой цивилизации

Дал интервью китайскому телевидению

19 октября 2010 года

На скамеечке, кстати, давал интервью, в скверике возле гостиницы Украина

Слева - оператор, справа - интервьюер, имен их, к сожалению, не запомнил, слишком уж трудный китайский язык. Нормальные ребята, современно мыслящие, мы хорошо пообщались, покатались по московским пробкам, в конце концов они официально пригласили меня в Пекин. В следующем году.
Само интервью, конечно, было по-восточному хитрым. Тут предыстория, они пытались вытащить из меня оценки - правильно ли дали Нобелевскую премию мира китайскому диссиденту, как это соотносится с завещанием Нобеля, как я отношусь к современной КНР.
Я всячески оценок избегал, типа моё дело - объяснить логику этого награждения, а уж там пусть каждый судит, как хочет, а политику Китая тем более оценивать не берусь, надо знать ситуацию изнутри, и вообще это древняя цивилизация со своими традициями и ценностями, а у Норвежского Нобелевского комитета - свои традиции и ценности, они не совпадают, а уж правильные они или неправильные, судить не берусь, так как премия из Норвегии, лауреат из Китая, а я в России живу...
В общем, вот так дипломатично впрямую на вопросы не отвечал. . Я не китаист, в политике Нобелевского комитета более-менее разбираюсь, но могу только ее проанализировать, не более того, стараюсь сохранять объективность.
Что из этого вышло, что они оставят, как преподнесут - не знаю. Я сказал, что считал нужным, никого не обидел, душой не покривил, совесть моя чиста
Еще кадр
Рабочий момент подготовки к интервью
Tags: нобелевка, политический балаган
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments